 |
|
Харш сделал несколько шагов, потом силы покинули его, и он упал навзничь. Из раскрытого рта вместе с вырывающимся воздухом вылетали клочья розовой пены. Он раз другой дернулся всем своим громадным телом и затих...
une corde tombant du dehors; c'etait la corde d'une cloche, et je l'allais tirer doucement, quand je me sentis saisir le bras par Gerard; son geste, au contraire d'arreter le mien, l'ampli..
Ступу, городского шута и пьяницу; бесстыдно, при всех людях и не стесняясь женщин, Ступа снял казенные штаны, а измятый кивер оставил на голове, перешел илистую Ватаракшу вброд, над..
Хранение документов
Компания гарантирует высочайшее качество проводимых работ. Конфиденциальное хранение и уничтожение бумаг.
www.a-centr.ru
Другие книги автора:
«Диссиденты, или Фанни Каплан»
««Вальпургиева ночь» , или «Шаги командора»»
Анатолий Иванов. Венедикт Ерофеев вблизи и издалече
В. Бачинин. Петербург - Москва - Петушки, или «Записки из подполья» как русский философский жанр
И. Авдиев. Некролог, сотканный из пылких и блестящих натяжек
Марина Аникеева. Веничка Ерофеев не пил Слезу комсомолки
Михаил Эпштейн. После карнавала, или вечный Веничка
Приказы о зачислении и отчислении из университета
Ирина Тосунян. От Москвы до самых Петушков
Тем временем:
... — Первой, по моему, идет какая то женщина. Забыл, как зовут. Пи Эм причесывается: он никогда не забывает сунуть в карман гребешок. Потом возвращается в бар, и Билл сразу видит, что нужно протянуть руку за бутылкой. Пи Эм неизменно сидит на одном и том же месте, в конце стойки, где она делает поворот: это создает впечатление, будто он здесь председательствует. Он вообще держится несколько особняком. Те, кто наезжает сюда из долины, чаще всего сбиваются кучками, говорят в полный голос. Пэтрик Мартин Эшбридж запросто, хотя и уважительно пожимает на ходу руки, обменивается с каждым несколькими словами, но, в сущности, всегда остается чуточку на отшибе. Из чувства собственного достоинства? Пожалуй. Но еще и по склонности. Точно так же он любит в субботний вечер уходить одним из последних. Бар почти пуст. Пи Эм хорошо тут, на своем табурете, со стаканом в руке, и Билл в перерыве между двумя клиентами обязательно подходит поболтать с ним. Билл поднимает голову. — Началось! Кажется, что в крышу внезапно угодил заряд дроби. Кто то встает, приоткрывает входную дверь, и в уличной тьме виден тротуар, полосуемый длинными серыми штрихами дождя. — Ну и взбухнет теперь река! Надо ли Пи Эм позволять себе последний стаканчик? Но мысль об этой влаге небесной подогревает его. К тому же бармен добавляет: — Похоже, мы несколько дней вас не увидим. Так бывает. Жители долины отрезаны от шоссе речкой. Большую часть года русло ее пересыхает, но стоит ливням хлынуть с мексиканских гор, как она вздувается за одну ночь, порой за час, а то и быстрее. Моста нет. Если вода поднялась не слишком высоко, через речку кое как перебираются в машине или, на худой конец, верхом, когда дно слишком уж завалено камнями. Но можно и застрять дней на десять с лишним по ту сторону Санта Крус. Не из за этой ли перспективы Пи Эм так подмывает махнуть за проволоку? Он представляет себе, как выглядит сейчас, сидя между двумя бутылками: лицо раскраснелось, зрачки расширены, глаза блестят. Пи Эм поеживается: таким он себя не любит. — Кое кому, — говорит бармен, — завтра будет трудновато возвращаться. Особенно ковбоям. Выбравшись субботним вечером в город, они обычно торчат там до утра. Пи Эм не может задерживаться так долго...
ресурс Ерофеев Венедикт Васильевич